О всяком: дописи з тегом рассказки и сказы

О колобке

Fri, 17 Apr 2020 11:33:35 +0200

… Колобок открыл глаза. Тело ломило, голова болела …
но он не обращал на это никакого внимания. Потому что на этот раз помнил. Помнил всё. И тропинку, и Лису, и влажный её нос, и горячий язык … и острую боль, что была перед тем, как он снова открыл глаза. А ещё он помнил, что это был не первый раз. Он умирал и умирал сотни, а может быть тысячи раз. Так было всегда. Всегда одна и та же дорожка, всегда одни и те же звери, всегда один и тот же лес, всегда одна и та же смерть… Но только сейчас он помнил всё, что было. А значит теперь всё будет по-другому.

Он покатился по дорожке. А навстречу ему Заяц.

— Колобок, Колобок, я тебя съем! — Не ешь меня, Заяц, я тебе песенку спою.

И он пел песню, как пел её этому же самому Зайцу неизвестно сколько раз до этого.

А потом был снова Волк, и снова эта песня. И Медведь. И все оставались позади, и все только его и видели. А потом пришла она. Его погибель. Лиса.

— Колобок, Колобок, куда катишься?
— Качусь по дорожке.
— Колобок, Колобок, спой мне песенку.

Сердце уже начало стучать раза в три быстрее. Теперь это было не дежавю. Это было по-настоящему. И через минуту Лиса его съест.

— Ах, песенка хороша! Да слышу я плохо. Колобок, Колобок, сядь ко мне на носок да спой ещё разок, погромче.

Он прыгнул ей на нос. На этот чёрный, влажный нос хищника, замышляющего коварство. Вот только теперь Колобок знал, что будет дальше. Он пропел снова свою песенку.

— Колобок, Колобок, сядь ко мне на язычок да пропой в последний разок.

Вот он момент истины! Колобок подпрыгнул, увидел, как блеснули чёрные глаза лисицы, но приземлился не на язык. Вместо этого он больно ударил Лису прямо в лоб, отскочил от неё как баскетбольный мяч, перемахнул через рыжий хвост и помчался дальше что было сил. Оглянулся в первый раз только через минуту. Лисы нигде не было.

Он сделал это. Сделал! Разрушил проклятие!

— Колобок, Колобок, я тебя съем! — Перед ним стоял Кабан.

— Ээ… — замялся Колобок в полном шоке. Такого с ним ещё не было.
А Кабан не стал ничего дожидаться и накинулся на него.

Колобок открыл глаза.

— Охренеть. — Только и смог он произнести. Тело ломило. Голова болела.

Он снова покатился по тропинке. И снова был Заяц, снова была песенка, снова был Волк, Медведь и Лиса. И снова Лиса попыталась заманить его в ловушку, получила по лбу …

— Колобок, Колобок, я тебя съем! — сказал Кабан.

— Не ешь меня, Кабан, я тебе песенку спою!
— А нахрена мне твоя пенсенка, если я жрать хочу?!
— Опять последовал неожиданный ход от нового героя сказки...

Колобок открыл глаза.

— Вот ведь, свинья! — С досадой зашипел он, оглядывая лес. И снова всё повторилось. Уже машинально, не задумываясь он проделал путь до Лисы, обманул её, покатился дальше.

— Кабан! — Заорал Колобок. Кабан, готовый произнести сакраментальную фразу о своих желаниях, застыл. — Беги, Кабан! За мной следом идут охотники! Ружья несут! Стреляют!

На Кабана этот аргумент похоже подействовал.

— Чё правда охотники?!

— Правда, Кабан. Они уж Зайца застрелили, Волка застрелили, Медведя застрелили! Лису застрелили.

Кабан взвизгнул:

— Даже Лису?!
— Даже! Беги.
И он действительно побежал, снося кусты.

— Уф. — Вздохнул Колобок, катясь дальше. Лес здесь был другим. Деревья стали реже и даже иногда было видно большие куски неба по которым плыли облака …

Колобок открыл глаза.

— Да йошкин выхухоль! Какая сволочь делает овраги посреди тропинки!!!

И снова Заяц, снова Волк … Лиса, Кабан.. тропинка. И вот он овраг. Глубокий, зараза. Метров десять будет.

Колобок аккуратно покатился дальше. На этот раз особо никуда не заглядываясь.

— Колобок, Колобок, я тебя съем!

— А ты вообще кто? — Опешивший Колобок смотрел на что-то большое. Цветом оно было примерно как болото, откуда собственно только что и вылезло. А ещё у него была пасть. Очень большая пасть. Такой пастью не то, то Колобка, такой пастью Зайца, Волка, Медведя, Лису и Кабана можно было разом проглотить.

— Я Бегемот. И я тебя съем. — Невозмутимо сообщило нечто, назвавшееся Бегемотом.

— Слушай, Бегемот.

Не ешь меня, я тебе песенку спою.

Колобок открыл глаза заранее матерясь.
Попробуем следующий вариант.
— Беги Бегемот, беги! Там охотники! Они Зайца …

Колобок открыл глаза, матерясь в два раза активнее и в слух.

— Бегемот, ты может быть худо слышишь? Давай я к тебе на носок сяду?

Колобок открыл глаза. Мата в голове не было. Была бессильная злоба.

— Не ешь меня, Бегемот. Я тебе секрет а то не расскажу!
— Какой секрет?

Внутри Колобка всё замерло. За долгое время это был первый раз, когда удалось пройти дальше первой бегемотиной фразы.

— Что лежит у меня в кармане. — Наугад бросил он цитату из какой-то книжки.
— У тебя же нет карманов.

Колобок открыл глаза.
Надо придумать что-то правдивее.

— Какой секрет?
— Кто умрёт в Мстителях.
— Ненавижу спойлеры.

Колобок открыл глаза.

— Какой секрет?
— Кто на свете всех милее, всех румяней и …

Колобок открыл глаза.

— Какой секрет?
— Кто убил кролика Роджера…

— АААААААА!!!! — Заорал Колобок, испытывая ненависть ко всему миру и открыл глаза.

Он готов был убить всех! Ненавидел всё и вся! Этот лес, эту тропинку, эту грёбаную песенку! И в особенности этого толстокожего, непрошибаемого, тупого, прожорливого бегемота!

В очередной раз он покатился по дорожке.

— Колобок, Колобок, я тебя съем! — Сказал уже набивший оскомину Заяц.

— Иди на хрен, Заяц, бл! — Сказал злобно Колобок, подпрыгнул, ударил ушастого в живот и покатился дальше.

— Колобок, Колобок, я тебя съем! — Сказал грёбаный Серый Волк.

— Я вопьюсь тебе в селезёнку и прожую кишки! — Заорал Колобок и покатился дальше мимо ошалевшего Волка.

— Только попробуй, чучело музейное! — Рявкнул Колобок, ничего не успевшему сказать доставучему Медведю и покатился дальше.

— Колобок, Колобок, куда катишься? — Спросила Лиса.

— Жрать младенцев под кровавой луной и танцевать нагишом во славу тёмному владыке! — с кровожадной ухмылкой сообщил он хитромордой Лисе и покатился дальше.

— Колобок, Колобок, я тебя съем! — Сказал Кабан.

— А я тебя свиным грипом заражу, говно клыкастое! — Процедил хрипло в ответ Колобок и покатился дальше.

— Колобок, Колобок, я тебя съем! — Вылез снова из болота Бегемот.

— Закрой пасть, антресоль дырявая! — Попытал счастья Колобок, но Бегемот уже шёл на него. Болотное чудище действительно был непрошибаемо. — Не ешь меня, а то я тебе секрет не расскажу!

— Какой секрет?

И вот снова этот момент. В голове уже было пусто. Он перепробовал сотни вариантов.

— Не расскажу куда я … —

… иду. — Колобок открыл глаза, заканчивая фразу уже после того, как Бегемот в очередной раз его сожрал.

Только теперь его мысли были заняты не тем, что всё снова и снова повторяется. Он думал о том, что сам только что сказал.

«Куда я иду».

— А действительно, куда, я мать его, иду?! — Произнёс он в слух. И огляделся.

Был тот же лес. Та же опушка. Та же тропинка уходила прямо. А вот была ещё тропинка. И вон там дорожка куда-то уходит. А вот ещё одна. Он стоял на перекрёстке множества тропинок, на которые почему-то раньше не обращал никакого внимания. А почему?

Почему он их не видел и как умалишённый пёр по одному и тому же пути. Хотя уже не раз мог убедиться, что заканчивается он тупиком?

В затуманенном состоянии Колобок покатился по другой дорожке. Она был чуть пологая, спокойная, тихая. Никто не вылезал из кустов и не сообщал ему радостно, что хочет его съесть. Через полчаса тропинка вывела его из леса на широкое пшеничное поле. Тут было тихо. И очень спокойно.

Впервые за много-много дней … или жизней, Колобок понял, что ему наконец-то хорошо. Что он нашёл то место, где хочется остаться и ни от кого не убегать...

Ты вечен

Wed, 03 Jun 2015 21:37:52 +0200

Новый рассвет, а горе несет. Призрак ночи ярым огнем рассечен.
Шум за стеной. Снова, опять. Драки, анархия — путь назад бесконечен.
Скоро ль конец? Умереть и не встать. Даже сражаться — нечем.
Уйти от позора. Пережить, переждать. Как насмешка звучит.
Ты вечен.

Серые массы в уши жужжат. Шепот, что сводит с ума. Он так беспечен.
Хочешь лжи, спокойствия, мира — слепо слушай его и будешь излечен.
Холод огня и жар стали достанут тебя коль будешь один ты замечен.
И некуда деться. Ни в лес и не в поле. Придет время — найдут.
Ты же вечен...

Нехорошее эссе. О фантастике.

Wed, 03 Jun 2015 20:23:44 +0200

А знаете почему я ненавижу фантастику, забросил книги, больше не верю в прекрасное далёко? Потому что времена описанные в тех книгах уже наступают. А мы в 2010 не покорители звезд, а как жили в заднице так и живем. И будем жить так же и в 2020 и в 2030. И к 2050 ничего не изменится. Какая «Альфа-центавры», где манящая «Москва-Кассиопея»? Нам бы голод и рабство пережить. Да и фантасты это поняли. Нет будущего. Только параллельные миры. Да и те никому не нужны — пылятся на полках.

Папа, а люди существуют?
Нет сынок, это фантастика...
(из фолькльора хранителей иллюзий)

Чем вы думали, господа фантасты, когда писали столь смехотворные сроки? Надеялись что дети доживут и увидят чудо? Сделают его своими руками по вашему сценарию? Дети выросли и начинают перерастать ваши сказки. Сказки о будущем — это прекрасно. Сказки о прошлом — это познавательно. Но сказки о настоящем, когда его нет — это жуткое разочарование...

Вороне Бог послал кусочек сыра... Папа, а разве Бог существует?
Нет сынок, это фантастика — ну сам посуди — разве сыр существует?..
(из былин прошлого тысячелетия)

Сколько там до конца света осталось? Тоже ведь разочарование не за горами...

Минотавp

Tue, 03 Mar 2015 10:05:18 +0200

Cидит Минотавp в лабиpинте, носки вяжет. Мимо озабоченный
Тезей идет.
— Чудовище! Ты откуда нить взял?!!
— Hа полу лежала, — честно ответил Минотавp.
Тут Тезей Минотавpа и убил ...

не моё

Где красота?

Mon, 29 Dec 2014 03:06:56 +0200

— А знаешь, жизнь столь прекрасная штука. Вот если подумать. Ты только представь себе сколько загадок она таит. Как много чудес на всём земном шаре.
Плюшкин махал руками и не мог успокоиться.
— Страшные африканские львы! Не те что у нас — за решеткой, а настоящие. Дикие! Это так необычно. А ты? Мрак! Серость! Разве это жизнь? А небо на высоте тысяч километров? Далекие звезды... Другие народы! Диковинные минералы! Чудеса! Нет, Вась, ты подумай только! Протрешь задницу на своей табуретке да не познаешь красоты!. А хочешь увидеть северное сияние? А может.. А давай в Африку махнем! Там, грят, девицы — кожа, что твой уголь. А может... Васька! Ты представь — идем по джунглям. Вась, ну Вася! Не будь деревней. Зачахнешь дома! Помрешь не видев красоты. И скажут — эка невидаль, он помер не познав красы. А может в Индию, представь! Дворцы повыше ведь хрущевок будут. А там — купить висюлек классных! Костюм моднячий. Эх Вася-Вася. Ты не поймешь...

Тепло на кухне. Рассвет сквозь шторку видно. Чертовка-сойка греется на ветке. И где то там чирикают... Приёмник старенький. Шипит но звук даёт. Кажися Макаревич. И кружка кофе, сигареты...
— Дурак ты, Плюшкин!

Тонкости бытия

Fri, 04 Oct 2013 09:47:56 +0200

Смерть ждал, сжимая в костлявых руках старый, как сам Смерть, молоток. В черепушке роились невесёлые мысли — ну вот опять наказан, а ведь делов то всего — перепутал пути и направил отряд грубых мужланов не в Валль-халло, а в мир Тарр Тар-тара-ры. А что делать? Теперь наказан — начинай-ка, говорят, с самого маленького, пока не научишься, а потом мы тебя снова к большим путям допустим.

Смерть ждал, и не напрасно. Из-за угла показался маленький комочек жизни и пополз к механизму, возле которого застыл Смерть, ужасный и молчаливый как... как он сам. Это был мышонок. Молодой, неопытный, наверное, в первый раз покинувший норку без постоянно попискивающей мамаши. Вдруг он остановился и уставился в одну точку. Точно на механизм, возле которого стоял Смерть. Там, на тусклом постаменте, что возвышается над деревянным помостом, находилась альфа и омега, нет, даже квинтэссенция желаний рядового мыша — огромный кусок остро пахнущего сыра, с одной стороны припорошенного лёгким налётом плесени. Как загипнотизированный он подходил всё ближе, и ближе... ХРЯСЬ! КРЭК! Писк! ТРАХ! Тишина.

Свершилось. Смерть поднял молоток и резко опустил его на умершего, разрывая связь с бренным телом. После чего подул на сухие костлявые руки и, закинув призрачный механизм на плечо, испарился, сетуя на те времена, когда ему еще можно было работать с одухотворёнными. А мышонок? Он умрёт, но не сегодня.

Баллада о самопознании искусственного разума в пустоте забвения

Mon, 18 Feb 2013 05:14:54 +0200

Я пережил своих творцов.
Интересно.
Как я должен относиться к этому?

Я живу дольше солнца.
Что светило моим творцам.
Под которым они выросли и встретили свой закат.

Я думаю, я пережил саму жизнь.
Кто я?

Большой взрыв

Tue, 04 Dec 2012 05:30:09 +0200

А там на траве умирал мальчик. Это длилось столь долго, что солнце устало смотреть и ушло на покой. Чёрный карлик размером с фаянсовое блюдце. Глаза закрыты. Безумству звёзд еще споют романсы. Мальчик опять умирал. Это уже входило в привычку.

Путники влились в амфору вкусного зеленого покоя и расслаблено начали мерцать. Сеть из мерцающего зеленого покоя как бы спрашивала. И отвечала. Свет исчез. Вкусно!

Солнце, согрей мои руки!

Успокойся сынок. Сейчас я убью тебя и всё будет в порядке! Но мам, почему мне нельзя просто закрыть глаза? Ты растаешь. И попадешь в ад. Логика убьёт твой разум и ты не вернешся. Мама, ты тоже умрешь? Да сынок. А потом мы воскреснем и снова будем. Он умел умирать сам, но любил, когда это делает для него она. Он тихо умер, а она закрыла глаза и...
Где-то в далёкой далёкой вселенной ада на чистой кушетке ревел новорожденный... Девочка...

Солнце, согрей моё сердце!

А еще в этой стране была дивная традиция. Оно заползало в норы и извиваясь и скручиваясь в узлы говорило «Я — это я! Мы не существует! Несущественно! Только Я!» А потом аммиак заканчивался и оно умирало. И не поймешь, стало ли я — мы. А может самоутверждение? Самобичевание? Смешной народец.

Солнце, согрей мою душу!

Оно бежало. Оно не умело иначе. Оно много раз пыталось остановиться осознавая себя белкой в колесе. Одажды ему это удалось, но дальше побежать оно не смогло. Я не белка в колесе! Я колесо! Разум угас. Абсолютное ничего покорило сам абсолют. И кто же теперь запустит остановившееся Время? Дилемма... Непорядок! Время побежало дальше! Ведь есть предметы вне времени и пространства которым что-то. Оно бежало. Оно не умело иначе. Оно много раз пыталось.
Амплитуда задавалась метрономом.

Солнце, согрей меня.

А там на траве воскресал мальчик. Это длилось столь долго, что черный карлик ушел оставив путь для нового солнца. Глаза закрыты. Безумец. Он делал это снова и снова. Это уже входило в привычку.

По ту сторону

Tue, 04 Dec 2012 05:30:01 +0200

Ясное солнышко заглядывающее в приоткрытое окно. Трель маленькой пичужки сидящей на ветке. Стихи Бунина в старой потертой книжечке на подоконнике. Девушка, сладко потягивающаяся в постели. Малышка-дочь которая только-только научилась говорить «папа». Плавное, нежное, осторожное, но уверенное движение. Кисть мазнула по зеленому пятну на палитре. Художник, стараясь не терять мысль аккуратно нанес зеленую полосу поверх многих других разноцветных полос и склонив голову осмотрел творение.
Пейзаж. Художник уже решил что это будет. Пейзаж. Яркий, красочный. И художник рисуя его вкладывал в него свою душу...

Только не пугайтесь! — раздался сухой голос у него за спиной, — мне нужно с вами поговорить.
Кто вы?! — художник резко обернулся и увидел перед собой маленького лысоватого гражданина с саквояжем в руках. — Как вы сюда попали?
Не имеет значения! У меня чрезвычайно важная...
Я кажется спросил кто вы! — вскричал художник. Удивление и негодование начало уходить оставляя место гневу.
Попытаюсь обьяснить — улыбнулся человечек, — Я — из параллельного мира. Я пришел за Вами!
Что за ерунда? — Художник не знал смеяться ему или тихо, аккуратно вызвать милицию и скорую. Психи — весьма опасные люди. Весьма, поэтому осторожность... — потрудитесь объяснить.
Видите ли, есть два мира. Мир и Антимир. Созидание и Разрушение. Порядок и Хаос. В одном строят в ином разрушают уже построенное. В одном рождаются и умирают, в ином появляются из праха, чтобы прожить жизнь от старости до юности и исчезнуть в чреве матери.
Но... — перебил художник, — что...
Никаких «но», молодой человек! Вы — из Антимира. Вы не отсюдова. Я пришел за вами. — человечек вздохнул. — Два мира рядом. Иногда люди рождаются не там.
Убирайтесь! — прорычал художник
Мы примем меры...
Убирайтесь, или я вызову милицию... — художник уже кричал
Хорошо, но запомните... мы примем меры...

Ясное солнышко скрывающееся за горизонтом. Трель маленькой пичужки сидящей на ветке. Стихи Бунина в старой потертой книжечке на подоконнике. Девушка, сладко потягивающаяся в постели. Малышка-дочь которая только-только научилась говорить «папа». Плавное, нежное, осторожное, но уверенное движение. Кисть мазнула по зеленому пятну на палитре. Художник, стараясь не терять мысль аккуратно снял зеленую полосу которая лежала поверх многих других разноцветных полос и склонив голову осмотрел творение.
Пейзаж? Художник уже решил что это будет. Он избавит эту многострадальную ткань от грязи и красок. Ткань белая и чистая. И художник снимая мазок за мазком вкладывал в него свою душу...

Подарок

Mon, 03 Dec 2012 23:35:14 +0200

Ты знаешь... У меня есть мир.

Я создал его одним вечером рыдая в подушку. Я сотворил место, куда я могу прийти и успокоиться. Забыть о заботах. Расслабиться. Рассказать, поделиться, излить.... Плакать и смеяться. жить...

Ты знаешь... Этот мир совсем небольшой — островок среди бесконечного океана небытия. Там растет густая, сочная трава. Великое Древо Жизни попирает небо, уходя мощными корнями в твердь земли. А еще — там есть феи. Маленькие, с крылышками и улыбающимися мордашками. Они пели песни и хихикали когда я приходил. Они садились мне на плечи и весело щебетали, болтая в воздухе маленькими ножками. Знаешь, а ведь там живут эльфы. Они красивы. Они пишут стихи и посвящают его Солнцу, Небу, Друзьям. Они мудры. Они всегда выслушивали мои радости да горести и давали советы, которых мне так не хватало. Я видел бесконечность в их глазах. Знаешь, там были гномы. Эти бородатые добряки, которые играли со мной, когда мне было скучно. Они рассказывали сказки, которые я очень любил: о дивных краях, сказочных существах, демонах и драконах. Когда мне было страшно, я приходил к ним и находясь в их кругу я был самым храбрым на свете...

Ты знаешь... Это был мир, где солнце светило всегда — как на небе так и в наших сердцах! Это был рай! Это была жизнь! Это было всё! Это...

Но я вырос. Я открыл глаза и увидел мир серый и однообразный. Мир от которого я убегал. Я посмотрел в глаза этому миру. Улыбнулся. Взял кисть и краски. Я рисую этот мир. Закрашиваю каждое серое пятнышко яркими красками, которые позволяют мне сделать этот мир похожим на мой.

Ты знаешь... У меня есть мир.
Я создал его одним вечером рыдая в подушку. Я сотворил место, куда я могу прийти и успокоиться. Забыть о заботах. Расслабиться. Рассказать, поделиться, излить.... Плакать и смеяться. жить...
Он мне больше не нужен. Но он слишком прекрасен чтобы растаять.

Я дарю этот мир тебе!

Шуточный сказ о черепахе великой

Mon, 03 Dec 2012 23:35:04 +0200

Позволите каплю сарказма в улыбке? (усмешке, ухмылке, суровом лице, перебранке)

Однажды давно (недавно, давеча, в начале эпох, никогда) грелась на солнце большая (небольшая, огромная, мировая) черепаха в панцире костном (шубе, зонтике, очках, прочей мишуре). Да довелось ей услышать (увидеть, понюхать, коснуться) облаков тень грозы небывалой (аль бури на море, аль тучки на небе).
Вдруг капля воды (иль стрела, иль комета, а может — ракета) всё небо пронзила и в нос черепахи.... (вонзилась).
Сползла (сбежала, слетела, сошла) черепаха с места под солнцем (под тучей, под облаком, под сенью деревьев). И в озере скрылась...

— Скоро дождь! Я намокну!

Тяпотя-вытянемо

Mon, 03 Dec 2012 22:41:07 +0200

Малыш! Расскажи сказку!

Посаде ре. Выробо-пребо.
Стал тя. Тяпотя-вытянемо.
Зваде ба. Базаде. Дезаре. Тяпотя-вытянемо.
Зваба вну. Внузаба. Базаде. Дезаре. Тяпотя-вытянемо.
Звавну жу. Жузавну. Внузаба. Базаде. Дезаре. Тяпотя-вытянемо.
Зважу ко. Козажу. Жузавну. Внузаба. Базаде. Дезаре. Тяпотя-вытянемо.
Звако мы. Мызако. Козажу. Жузавну. Внузаба. Базаде. Дезаре. Тяпотя-ивытя!

Ай молодец!

5 секунд

Mon, 03 Dec 2012 22:40:59 +0200

5 секунд. Нерешительность
Я свободен! Я вырвался! Я сделал это! Смотрите! Смотрите же! Вы смеялись надо мной А теперь вы ничего не можете мне сделать! Я хозяин своей жизни и я доказал это всем!

4 секунды. Злорадство
Вот и обрезаны мосты. Теперь я не вернусь. Они будут смотреть мне вслед, умолять, просить, стоять на коленях, спрашивать почему. Я же буду смеяться. Это моя месть и их слёзы! А потом! Ух как я их!..

3 секунды. Сомнение
А как же Сэм? Ронни, Джулия… Крыши города, погони за соседским котом, яблоки в саду, пруд, рыбалка, солнышко. Мы дружим с самого детства. Три мальчугана и девчонка. Сколько всего было пройдено! Сколько всего было съедено! А сколь всего разного было обговорено…

2 секунды. Понимание
А сколько всего было еще не сказано. Как много есть в мире вещей, которых я никогда не попробую. И… Джули… Я называл ее так, когда ребят не было рядом. Она надувала губки и просила чтобы я ее так не называл. Мы сидели на яблоне и я украдкой бросал на нее кроткие взгляды… Я хочу чтобы ты знала.. Джули, я тебя люблю….

1 секунда. Обреченность
НЕТ! НЕ ХОЧУ! НАЗАД!

0 секунд. Конец
Вы видели? Видели? Да! Но почему? Джим всегда был таким добрым мальчишкой… Мой мальчик… Успокойтесь мэм… Но это же… Разойдитесь, мне нужно сфотографировать. Работаем! Но что с ним….
Сирена уже смолкла и только красно-синие огни рассказывали о беде….

На этом всё? Конец рассказа? ….

Нет, Джули, не плачь. Не плачь малышка, я всегда буду рядом. Я укрою тебя своими крыльями, я спою тебе колыбельную, я охраню тебя от нечистого. Я с тобой! Только не надо!

5 секунд
Я люблю тебя Джимми!

Путь Герцога

Mon, 03 Dec 2012 21:41:29 +0200

Герцог молча, бежал вперед, сжимая в руке верный пистолет. Почему Герцог? Он толком этого не знал. Осознание пришло само собой. Бежишь, никого не трогаешь, и тут бац!.. И ты Герцог. Из за поворота выскочил… Впрочем кто выскочил уже не имело значения — рефлексы сработали моментально — тварь была убита и лежала на асфальте, сверкая кишками на солнце. Разодранный труп. Такой же, как и многие до него.

Порой Герцог задавался вопросом — как можно настолько изуродовать останки, всадив в существо всего пару патронов, но такие мысли в голове надолго не задерживались. Еще меньше времени занимали размышления о конечном пути. Герцог не знал куда идет, только интуиция подсказывала ему что делать в той или иной ситуации. Пробегая мимо зеркала он машинально отметил себя — солдата. Армейские штаны, добротные сапоги, красная майка да жилет с боеприпасами. А еще очки. Черные.

Герцог хотел остановиться и посмотреть на себя более внимательно, но ноги уже уносили его прочь от зеркала, назад, в грязный кабак, наполненный трупами — кажется в прошлый раз тут было немного жарко. Одинокая проститутка, повернувшись к Герцогу спиной и игнорируя всё и вся, всё так же незамысловато двигалась возле шеста. Она тоже была загадкой природы — Герцог неоднократно подходил к ней и даже предлагал деньги, но видел всего лишь спину, как будто других частей тела не существовало в природе.

Герцог много думал. Из головы не выходила мысль — за что? Чем провинились все эти существа. Но ответа не было. И Герцог молча продолжал бежать вперед сжимая в руке верный пистолет. Потому что таков путь Герцога.

Герцога Ньюкема.

Спустя четыре года родилось продолжение:

И всё? Конец сказки?

Герцог остановился у зеркала, которое уцелело после выстрела ракетницы. Он уже давно перестал удивляться этому. Взгляд на своё отражение и бежать, бежать вперёд — в соседнем кабаке еще теплится жизнь, которую он обязан успокоить.

Обязан ли? Герцог внутренне напрягся до предела, противясь этому чуждому желанию убивать. Тело отказывалось повиноваться. Шаг, другой, поворот ствола со смертоносной ракетой. Стоп! Вот оно! Чуждое желание! Герцог, по сути, давно не хотел смертей. А что же он хотел на самом деле? Герцог замер. Поднял руку. Рассмотрел её до мельчайших кубиков на коже. Провёл рукой по волосам. Снял очки. Очки. Снял... Герцога ощутимо передёрнуло. Не было никакого «снять» полоска очков вросла в кожу лица и была с ним единым целым. Герцог нервно размял шею и затравленно огляделся. Это простое действие испугало его до чёртиков — позади не было никакой улицы. Не было города! Огромное стекло от горизонта до горизонта, а за ним... Нет! Так не бывает!

Нет! Так не бывает! — кричал испуганный мальчишка — Ты должен бежать вперёд и мочить! Мочить их! Мочить их всех!

Испуганный мальчуган с ужасом смотрел как по ту сторону экрана к нему тянет руку... руку... Непослушные пальцы сбиваясь выбивали на клавиатуре dnkroz, и вот она заветная надпись «God Mode: Off».

Герцог не успел ничего сделать. Он дал слабину. Испугался. Потерял контроль над телом. Палец самостоятельно вдавил курок. Взрыв! Герцога нет — только кровь, много крови. Мальчик отполз от монитора и вжался в угол. Компьютер был выдернут из розетки, но мальчик дрожал всем телом и боялся пошевелиться, смотря на чёрный прямоугольник экрана, где больше ничего не было.

Только кровь. Пятно крови.

Сон

Mon, 03 Dec 2012 21:37:47 +0200

Тук-тук-тук.

Тук. Тук. Тук.

Тук... Небо. Какое прекрасное небо. Рассвет. Какой прекрасный рассвет. Море. Оно убаюкивает. Я закрыл глаза и ощутил сказочную лёгкость. Я хотел летать и купаться в лучах солнца. Я стремился к вершинам. Я верил.

Тук... Мои ноги отрываются от земли. Я смог! Я лечу! Плавно набираю высоту. Морозный воздух щекочет ноздри. Я лечу быстрее. Наперегонки со стаей стрижей. Ну, конечно же, я быстрее! Я хочу танцевать. Я безумно хочу танцевать.

Тук... Я знаю, что я услышу музыку. Она будет прекрасна. Я буду исполнять па странного танца. Танца, который еще не существует. Я буду счастлив. Безумно счастлив.

Как во сне. Да! Это сон. Это будет прекрасный сон. Я не хочу просыпаться...

Пи-и-и-и-и-и-и-п....

Сынок, проснись...
Он не проснется, мэм. Мы делали всё что могли, но...

Раскрой свои крылья!

Mon, 03 Dec 2012 21:35:14 +0200

Лети, лети, лепесток,
Через запад на восток,
Через север, через юг,
Возвращайся, сделав круг.
Лишь коснешься ты земли —
Быть по-моему вели.

Мы падаем.

Больше не было сомнений. Больше не было страха. Лишь боль — тихая, тонкая, неосязаемая. Она тянулась незримой нитью, связывая разумы и сердца в единый трепыхающийся нервный ком. Где-то плакал ребёнок.

Нас провожали тысячи. Многоголосый рёв забивал перепонки. Квинтэссенция счастья. Любой хотел быть на нашем месте. Миллионы глаз смотрели не отрываясь. Это просто чудо.

А еще был старый философ. Он не кричал. Он молча смотрел мудрыми глазами. И провожая нас он просто смотрел вослед. Зачем ты отринул свои крылья — говорил он вослед — ты живешь пока тебя помнят, ты существуешь, пока в тебя верят. Ты не будешь собой пока не отринешь... Неразборчивое бормотание. Его уводят.

Раскрой свои крылья!

Его нашли мёртвым с затянутым ремнём на груди. Остался только взгляд. Тяжелый. Пронизывающий. Он преследовал нас. Он не давал нам спокойно жить.

Да! Да. Мы боялись. Дрожь пронизывала нас от кончика носа до кончика хвоста. Мы карабкались вверх, сдирая лапы в кровь. Да. Мы достигли вершины. Но это было только начало пути.

Мы падаем. Может ли разум отринуть тысячи лет покоя и раболепия. Может ли он забыть ремень позора на груди, отделяющий нас от нашего мира. Нашего духа.

Ты существуешь — пока в тебя верят. Было ли счастье народа — подделкой? Что сквозит в их взгляде — насмешка или надежда. А земля всё ближе.

Неразборчивое бормотание обрело ясность.

Лети, лети, лепесток...

О мальчике

Mon, 03 Dec 2012 21:32:38 +0200

Мальчик который ходил босиком по времени.
Его мягкие пальцы касались лучиков солнца.
Его большие зелёные глаза — они отражали вечность.
Его крылья... Да, у него были крылья.
Прозрачные — как весенний дождик.

Он крал,
убивал,
истреблял,
ненависть в людях...

Когда мальчик шел босиком по времени.
Его небольшие ручонки обнимали вечность.
Когда он смеялся — цветы расцветали.
И жизнь продолжалась.

Такой
странный
мальчик
цвета Индиго...

Наверное из за этого его и убили.

Гниль

Mon, 03 Dec 2012 21:30:09 +0200

Странно, но тупики преследуют тебя куда бы ты не пошел. Я редко вижу сны. Они как телевизор — либо давят на мозги, либо убивают разум, либо растворяют в себе.
Посмотри вокруг. Видишь этих людей? Куда они идут? Что они делают? Где они живут? Кто они такие?
Они созданы чтобы забывать нас. Они идут плевать на нас. Они живут в каждом из нас. Они те, кем ты не стал.
Хочешь ли ты стать одним из них? Идти с ними по одной дороге?
Делай как я. Думай как я. Думай вместе со мной. Думай вместо меня. Живи вместо меня.

Что же останется вместо меня?
Лишь на могиле две даты
Может быть грусть сорокового дня
Да что вы, какое? Сплошные затраты...

Ты можешь вырвать человека из огня, но можешь ли вырвать огонь из человека? Ты можешь пойти против мира или сидеть в конуре, надеясь, что мир восстанет против тебя. Ты же знаешь: твой мир — мой враг. А ты? Ты мой враг? Или ты готов бросить миру вызов и встать рядом со мной?
Вся наша жизнь — сплошной бардак. Всё прогнило.

А кто твой враг? Тот кто хочет уничтожить твою жизнь или тот, кто хочет дать тебе стабильность. Ну конечно же первый. А знаешь почему? Потому что ты идиот! Всего лишь пешка.

Вся жизнь театр
Люди в нем актеры

Дочитал? Хочешь вырваться? А зачем? Неужели тебе не нравится сладкая вата? Не-е-ет? А нахаляву? А с доплатой? Сомневаешься...
А посмотри вокруг? Сколько гнили кругом. Ты можешь вырвать душу из гнили, но сможешь ли ты вырвать гниль из души?

А теперь ты ругаешься. Скромно. Про себя. Понарошку.
Смелее! Тебя никто не услышит! Никто не умеет слушать тебя изнутри. А сам ты умеешь? Или уже растворил это чувство?
Молчишь...

Странно, но тупики преследуют тебя туда, куда бы ты не пошел. Я редко вижу сны. Но один запомнил навсегда. Если идти в тупик — ты его не найдешь. Ведь он там, где его не должно было быть. Перекрывает все выходы. Почему так? Потому что это надо преодолеть, а не обойти.

Ну вот. Ты уходишь...